за несколько часов удастся подлатать. Часть команды принялась заменять порванные снасти и менять парус. В работе приняли участие все – и я, и спасённые испанцы. Они тоже осознавали, что чем раньше мы уйдём в порт, тем больше шансов сохранить жизнь. Стучали топоры и молотки, под команды боцмана матросы дружно тянули наверх новый парус. Я помогал менять шкоты и фалы. Лишь глубоким вечером удалось привести судно в мореходное состояние. Конечно, не все повреждения исправлены, но до порта дойдем. О’Брайен решил ночью в море не выходить, море у французских берегов кишело мелкими островками с отмелями и подводными скалами. Было решено рано поутру выйти в море. Теперь судно было одиноко, и нам надо было смотреть в оба. Я спал в своей каюте мертвецким сном после шторма и авральной работы и проснулся лишь, когда матрос толкнул меня в бок: – Просыпайтесь, сэр, капитан просит подняться к нему, у нас неприятности. Продрав глаза, даже не умывшись, я быстро оделся и взбежал на корму. Одного взгляда хватило, чтобы оценить ситуацию. Невдалеке, кабельтовых в трёх, покачивались два небольших парусных судёнышка – турецкие шебеки. И, хоть не видно было флагов, тип судна О’Брайен определил сразу. Суда тоже были потрёпаны прошедшим штормом, у одного паруса висели клочьями, у другого на борту был виден парусиновый пластырь – завели на пробоину. Все равно опасность была реальная. Шебеки, кроме парусного вооружения, могли ходить и на вёслах. Узкие и вёрткие, быстроходные, они имели человек семьдесят команды. Судов два, стало быть, и противников в два раза больше. А у нас, даже со спасёнными испанцами, едва набиралось полсотни. И пусть шебеки потрёпаны, у их капитанов может мелькнуть мысль захватить нашу каракку – как приз за пережитый шторм. – А чего они выжидают? – спросил я капитана. – Это меня и тревожит, не приведи Господи, если ожидают отставших во время шторма других пиратов. Что османы, что пираты грабили всех европейцев, команды брали в плен с последующим выкупом родственниками. Участь тех, кто не мог заплатить, была незавидной – или гребцом на галеры, или в каменоломни. Мы собрались на корме, гадая, что предпримут пираты. Из опыта мы знали, что на шебеках слабое пушечное вооружение – обычно одна пушка, даже пушечка на носу. Пираты сильны абордажем, их цель – не уничтожение судна с товаром и экипажем, а их захват. Пиратские шебеки стояли, стояли и мы. Я лихорадочно искал выход. Да, судно и товары не мои, но в случае захвата судна я разделю судьбу экипажа. Ничего хорошего от турок или арабов ждать не приходилось, это я уже знал по своему опыту. Испанцы тоже не надеялись на хорошее – с турками у них постоянно были войны и стычки, пленных обычно не брали. Как турки, так и испанцы были жестоки, коварны и мстительны. – Капитан, – сказал я, – если мы будем стоять, то дождёмся подхода подкрепления к пиратам. Надо прорываться! – Как, у нас же не военное судно, людей мало, всего четыре пушки, да и то десятифунтовые. – У меня есть план. Слева от нас стоит
Создай или Войди в свою учётную запись BookInBook:
* Вы сможете добавлять закладки к книгам.
* Вы сможете писать и публиковать свои книги.