салфеток росла с угрожающей быстротой. Все, брюшная полость более-менее сухая. Я провел ревизию – ничего, кроме селезёнки, не задето. Надо удалять селезенку и быстро зашивать. Пациент может загнуться в любой момент или от болевого шока, или от массивной кровопотери. Наложив на сосуды селезёнки двойные лигатуры, я пересек сосудистый пучок, рассек связки и вытащил селезенку, бросив в таз. Оба незнакомца с ужасом смотрели на меня, один был сильно бледен, на лбу крупные капли пота – как бы в обморок не упал. Но обошлось, крепкие ребята, многие, даже здоровенные, мужики при виде крови и кишок запросто теряют сознание, в лучшем случае их вывернет наизнанку. Знаем, проходили, дважды знакомые просились на операции – посмотреть. И оба раза тихо сползали по стенке. И смех и грех. Наложил швы, незнакомцы сняли пациента со стола и перенесли на кровать. Мужчина был жив, но плох, дыхание прерывистое, бледен, сознание смутное. Без переливания крови – не жилец. А где взять кровь, да определить группу и резус? Будем полагаться на судьбу. Незнакомцы, расстелив влажные плащи на пол, улеглись рядом с койкой. – Эй, синьоры, вы чего? Идите по домам. Все, что можно, я сделал, за ним теперь нужен уход. – Вот мы и займемся уходом. Я пожал плечами – пусть ухаживают. Однако мне не понравилось, что они при оружии – у обоих шпаги и кинжалы за поясом. Отобрать? – Могут и не отдать. Ладно, чёрт с ними, на грабителей они не похожи, да и не будут грабители ранить своего товарища, чтобы проникнуть в дом. Рано утром я пошел проведать пациента. Он был жив, и на первый взгляд ему было лучше. Нет, бледность была и сознание не приходило, но дыхание было ровным, пульс частил, но для пережившего кровопотерю и операцию был вполне, вполне. Я напоил раненого из глиняного поильника, он смог сделать несколько глотков. В углу, на стуле сидел один из незнакомцев, второго не было. – А где…? – Я обвел комнату глазами. – За провизией пошел, скоро вернется. Ну что ж, так оно и лучше, я же не обязан кормить и создавать комфортные условия сопровождавшим. – А как звать раненого? Незнакомец стушевался, что-то пробубнил под нос. Ладно, не хотят говорить – не надо. Но дело явно нечистое. – Деньги за операцию есть? – Найдутся, если не будете задавать лишних вопросов. Нет так нет. Я жил здесь по принципу – меньше знаешь, дольше живешь. Два дня больной боролся за жизнь, на третий день пришел в себя, знаками показал на своё пересохшее горло. Я даже среагировать не успел, незнакомец в черном подскочил первым и, налив вино в поильник, стал бережно поить раненого. Слава богу, кризис, похоже, миновал. С каждым днем пациент стал набирать силу, через неделю он уже сидел в постели, но от слабости его качало в стороны. На следующий день я застал его идущим по комнате, но с обеих сторон его поддерживали незнакомцы в черном. Ещё дня через три он ходил уже сам, без поддержки. Я уже подумывал деньков через несколько с ним расстаться – швы я уже снял, как прекрасным осенним утром ко мне вбежал
Создай или Войди в свою учётную запись BookInBook:
* Вы сможете добавлять закладки к книгам.
* Вы сможете писать и публиковать свои книги.