Темнота никогда не бывает абсолютной. Даже в неосвещенной комнате, при отсутствии окон и крепко зажмуренных глазах всегда можно разглядеть хоть что-то: густую сыпь еле заметных белых точек, блеклые разводы, неясные, неуловимые картины. Будто в проектор вставили потрепанный негатив засвеченной кинопленки, а в качестве экрана решили использовать внутреннюю поверхность век. Ему не надо было объяснять, что это означает. Он помнил все, или почти все, до того самого момента, когда в ангаре сверкнула вспышка. Возможно — последний свет, который он видел в своей жизни. У него больше нет зрительного центра, или в лучшем случае он сильно поврежден. Даже если сохранились глаза, что маловероятно, ему попросту нечем принимать информацию от них. Другого объяснения в голову не приходило. Зрительный центр — это не крошечная точка на задворках. Очень может быть, что головной мозг пострадал в нескольких местах, и пострадал серьезно. Собственно, учитывая силу, которая породила ту, последнюю вспышку, остается удивляться, что он до сих пор жив и даже сохранил способность рационально мыслить. А может, и не жив вовсе? Смерть — явление непознанное. При всех знаниях, накопленных человечеством, никто до сих пор так и не дал точного ответа, что же наступает после. Атеисту трудно поверить в высшие силы, но сейчас он не удивился бы, откройся перед ним светящийся тоннель с крылатыми фигурами и божественной музыкой. Тоннель не открылся. И крылатые ангелы не подхватили его грешную душу. Вместо этого он услышал странный голос: — День девяносто восьмой. Проверка. Раз, раз, раз. Вы слышите меня? Если слышите, попробуйте ответить. Хоть как-то отреагируйте. Мы видим, что у вас изменились показатели, но не знаем, в сознании ли вы. Не очень-то похоже на глас высших сил. Но и на человеческий голос тоже не похоже. Безлико, как-то металлически, будто синтезатор вещает. Несмотря на ситуацию, он не впал в растерянность, следствием которой явились бы проблемы с адекватным восприятием реальности. Почти мгновенно понял, что его предположения по поводу повреждения зрительной системы косвенно подтвердились. К нему пытаются достучаться, используя органы слуха. Судя по отсутствию фоновых звуков, скорее всего, ушей у него тоже нет, информацию передают, воздействуя непосредственно на звуковой нерв или отвечающие за слух участки головного мозга. А что у него вообще есть?! Что осталось?.. — Я вас слышу. А вы меня слышите? — Повторите. Осуществляю настройку, сильные искажения. — Я вас слышу. Один, один, один, один… — Достаточно. Мы вас хорошо слышим. Ожидайте, сейчас у вас будет важный разговор. При отсутствии любых раздражителей трудно судить, сколько времени прошло. Ему показалось, что вечность. Но все в мире конечно: вновь ожил тот же металлический голос: — Поздравляю. Мы уже не надеялись. Вы вернулись с того света. Как самочувствие? — Не могу ответить. В свою очередь спрошу: сколько именно меня вернулось с того света? Что с моим телом? И что с остальными? Теми, кто был рядом. — К
Создай или Войди в свою учётную запись BookInBook:
* Вы сможете добавлять закладки к книгам.
* Вы сможете писать и публиковать свои книги.