Тихий американец
ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
трем; затем он повернулся к нам спиной и в ярости уставился на карту. Убитые были его солдатами, его товарищами по оружию, офицерами, которые учились вместе с ним в Сен-Сире note 27, — для него это были не пустые цифры, как для Гренджера. — Вот теперь мы, наконец, кое-чего добились, — сказал Гренджер и с глупым торжеством оглядел своих коллег; французы, опустив головы, мрачно что-то строчили. — Это куда больше того, что могут сказать ваши войска в Корее, — сказал я, сделав вид, что не понимаю его. Гренджер, ничуть не смутившись, перешел к другой теме. — Спросите полковника, — сказал он, — что французы собираются делать дальше? Он говорит, что противник отходит через Черную реку… — Красную реку, — поправил его переводчик. — А мне все равно, какого цвета у вас тут реки. Мы хотим знать, что французы собираются делать дальше. — Противник отступает. — А что произойдет, когда он переберется на другой берег? Что вы будете делать тогда? Усядетесь на своем берегу и скажете: дело в шляпе? С угрюмым терпением французские офицеры прислушивались к наглому голосу Гренджера. В наши дни от солдата требуется даже смирение. — Может, ваши самолеты будут им сбрасывать новогодние открытки? Капитан перевел добросовестно, вплоть до слов «новогодние открытки». Полковник подарил нас ледяной улыбкой. — Отнюдь не новогодние открытки, — сказал он. Мне кажется, Гренджера особенно бесила красота полковника. Он не был — по крайней мере в представлении Гренджера — настоящим мужчиной. Гренджер изрек: — Ничего другого вы и не сбрасываете. И вдруг полковник свободно заговорил по-английски: он отлично знал язык. — Если бы мы получили снаряжение, обещанное американцами, — сказал он, — у нас было бы что сбрасывать. Несмотря на свои утонченные манеры, полковник, право же, был простодушным человеком. Он верил, что газетчику честь его страны дороже, чем сенсация. Гренджер спросил в упор (он был человек дельный, и факты отлично укладывались у него в голове): — Вы хотите сказать, что снаряжение, обещанное к началу сентября, до сих пор не получено? — Да. Наконец-то Гренджер получил свою сенсацию; он начал строчить. — Простите, — сказал полковник, — это не для печати, а для ориентации. — Но позвольте, — запротестовал Гренджер, — это же сенсация. Тут мы сможем вам помочь. — Нет, предоставьте это дипломатам. — А разве мы чем-нибудь можем повредить? Французские корреспонденты растерялись: они почти не понимали по-английски. Полковник нарушил правила игры. Среди них поднялся ропот. — Тут я не судья, — сказал полковник. — А вдруг американские газеты напишут: «Ох уж эти французы, вечно жалуются, вечно клянчат». А коммунисты в Париже будут нас обвинять: «Видите, французы проливают кровь за Америку, а Америке жаль для них даже подержанного вертолета». Ничего хорошего из этого не выйдет. В конце концов мы так и останемся без вертолетов, а противник так и останется на своем месте, в пятидесяти километрах от Ханоя. — Я по крайней мере могу сообщить, что вам позарез нужны
Создай или Войди в свою учётную запись BookInBook:
* Вы сможете добавлять закладки к книгам.
* Вы сможете писать и публиковать свои книги.