1  Пролог 2  перваяДень первый, очень безалаберный, принесший мне только неприятности 3  втораяДень первый, ну очень-очень безалаберный, продолжается в совершенно неожиданном месте еще более неудачно и необычно, чем начался 4  третьяДень первый, ну очень безалаберный, продолжается. Количество и качество неприятностей резко возрастает 5  четвертаяДень второй, ну очень познавательный 6  пятаяДень третий, полный тревог и злодеев 7  шестаяДень четвертый, почти хозяйственный 8  седьмаяДень пятый, с утра очень неудачный и тяжелый 9  восьмаяДень пятый, постепенно ставший непредсказуемым и воинственным 10  девятаяДень пятый, к ночи ставший очень загадочным и необыкновенным 11  десятаяДень шестой, почти мирный, но очень беспокойный 12  одиннадцатаяДень седьмой, рационализаторский 13  двенадцатаяДень восьмой, полный неожиданностей 14  тринадцатаяДни девятый и десятый, проблемные 15  четырнадцатаяДень одиннадцатый, ярмарочный 16  пятнадцатаяДень двенадцатый, с утра ужасный 17  шестнадцатаяДень тринадцатый, очень несчастливый 18  семнадцатаяДни четырнадцатый и пятнадцатый, конфетно-букетные 19  восемнадцатаяДень шестнадцатый, свадебный 20  девятнадцатаяДни с семнадцатого по двадцатый, немного тревожные, но очень счастливые 21  двадцатаяДень двадцатый, полный встреч и сюрпризов, плавно перешедший в двадцать первый 22  двадцать перваяДень двадцать первый, с утра созидательный
Потомственная ведьма
шестнадцатаяДень тринадцатый, очень несчастливый
В это утро я проснулась очень рано, судя по чуть розоватому полумраку за иллюминатором, и первым делом прислушалась к своим ощущениям. Вчерашняя беспомощность напугала чуть не до истерики, свою бабко-ёжскую силу я люблю и ценю. И лишиться ее было бы, наверное, самой большой моей потерей. Ну или почти самой. Потому и заглядывала в свои внутренние закрома с невольной дрожью и опаской. Хотя и ощущала уже, не совсем пусто в них, но, лишь убедившись, что энергия восстановилась полностью, почувствовала такую радость, словно нашла миллион. Зеленых, конечно. Да не тех зеленых, что теперь вокруг каждой свинофермы с плакатами стоят, а тех, на которых президент Америки нарисован. Какой? Да без разницы. Любой, лишь бы его в обменных пунктах приняли. Ну, это я снова не про то. А про радость, которой мне немедленно поделиться захотелось. С кем? Ну конечно со своими спутниками. И в первую очередь с Атанием, который меня из плена спасал. Вот уж не думала я, что лесной гном сумеет в городке, даже маленьком, найти дом, где меня держат в клетке. При воспоминании о клетке настроение чуть испортилось, но только чуть. Теперь я буду в сто раз осторожнее, торжественно обещаю себе. И постараюсь не оборачиваться в кошку в городах и деревнях, если таковые еще встретятся на нашем пути. Все. Решено. Ну где ты там, гном? Иду выражать тебе свою горячую благодарность. Поворачиваюсь на бок… и опа. А где же, хотелось бы мне знать, Кинна? Рядом со мной, свернувшись клубком, сладко посапывает Шомо, а вторая половина кровати давно остыла, я нарочно потрогала. Натягиваю спортивный костюм – кто это, интересно, меня раздевал, очень надеюсь, что все же не Атаний, а ведьмочка. Потом переползаю через Шомо и осторожно приподнимаю крышку самолетки. Разгорающийся костер замечаю почти сразу, а одновременно с ним – и две доверительно беседующие фигуры, сидящие бок о бок на поваленном бревне. Никогда раньше не испытывала я такой острой, тянущей боли. Сердце свело в груди в сплошь израненный, кровоточащий комок, руки затряслись от горькой обиды, на глаза навернулись жгучие непрошеные слезы. – Ты уже проснулась? – Откуда-то сбоку шагнул к метелке хмурый, как ноябрьское небо, Атаний, стараясь не смотреть ни мне в лицо, ни на воркующую у костра парочку. – Нет! – почти истерично выкрикнула я шипящим шепотом, сваливаясь назад на свою подушку, и захлопнула крышку самолетки. Нет, ну надо же быть такой дурой. Сколько еще раз мне придется разбивать нос на одном и том же месте? Вот сколько раз я уже зарекалась верить этим мужикам, хоть нашим, хоть местным. Хотя местные и не мужики вовсе, а гномы, да еще и лесные, но все они одним миром мазаны. Только я поверила… нет, только я разрешила себе поверить… что он и в самом деле испытывает ко мне какие-то особые чувства, кроме глупых матримониальных планов… «Да не ври хоть наедине с собой! – вытирая ручьем катящиеся слезы, мысленно прикрикнула на себя. – Он тебе еще с первого взгляда понравился, еще когда сидел там, на кухне Атания, спокойно уписывая за обе щеки куски мяса». И был немного усталый, но весь такой надежный и уверенный в себе, что я сразу поняла: если не буду вовсю сопротивляться своему влечению, то пропаду ни за грош. Вот и пропала, а он на поверку оказался обычным бабником. Не успел появиться, как сразу запал на новую юбку. И она тоже хороша, то Атанию улыбалась, как нанятая, а тут сразу на новенького набросилась. А он и доволен… у-у-у, гад. Я горько всхлипнула и снова уткнулась в подушку. – Не плачь, – сонно буркнул Шомо и своей крошечной ручкой погладил меня по спутанным волосам. – Маленький мой. Лапотусик. Ты один меня жалеешь, все остальные просто предатели, – горестно бормотала я между всхлипываниями, тиская терпеливо сносящего это издевательство фейри, как мохнатую игрушку. Ну вот зачем он возвращался? Чтобы доставить мне новые страдания? Только начала… нет, не забывать, чтобы забыть, требуется намного больше времени и усилий, и то останется застарелая, как незалеченный шрам, боль. Только начала
Создай или Войди в свою учётную запись BookInBook:
* Вы сможете добавлять закладки к книгам.
* Вы сможете писать и публиковать свои книги.