Всего этого оказалось слишком много для меня. Я больше не могла носить это в себе и срочно должна была посоветоваться. Но с кем? Перебрав возможные кандидатуры, я по очереди отвергла шефа, Горчакова, Кораблева, Царицына и остановилась на Крушенкове. Мы встретились в «Элефанте», рассудив, что это должно сбить соглядатаев с толку: раз мы выбрали такое место, у всех на виду, значит, ничего особенного обсуждать не собираемся. Крушенков выглядел измученным, но на мои расспросы — не случилось ли у него чего-нибудь? — отмахнулся и заверил, что все в порядке, текущие проблемы. Тщательно подбирая слова, я ввела Крушенкова в курс дела, не умолчав и о встрече с Рыбником за пределами нашего отечества. Но он удивился гораздо меньше, чем я рассчитывала. — Чего-то в этом роде я ожидал. И даже знаю, откуда ветер дует. — И откуда же? — Пока рано, Маша. Я еще кое-что проверю, и тогда посекретничаем. Хорошо? — Хорошо-то хорошо, — проворчала я, — да ничего хорошего. Кто, ты думаешь, подкатился к Масловскому за денежками? Под таким непростым соусом? — Кто? — Крушенков пожал плечами. — Считай: тот, кто хорошо знает дело и даже принимал в нем участие; помнишь, была у Леньки информация о том, что проплатили, чтобы кассету стерли; а Масловский тебе это подтвердил. Тот, кто имеет доступ к аналитике, и тот, кто беспрепятственно проходит в изолятор и может договориться, чтобы ему человека привели без допуска. И, наконец, это тот, на кого работает Рыбник. Боюсь, что у него такое же удостоверение, как и у меня. — Сережа… — Я боялась даже произносить вслух вопрос, который вертелся у меня в голове, но потом решилась: — А ты не думаешь, что все это было заранее задумано? Что ситуацию с Рыбником не просто использовали, а заранее смоделировали? Именно поэтому он засветился в обменниках, меняя деньги по собственному паспорту. Именно поэтому он мочил охранников без маски на лице. Именно поэтому его взяли с пистолетом в руке. Не верю я в эти сказочки про ошибку. — То есть все было подстроено так, чтобы доказательства были убийственными. И чтобы тем нагляднее был пример? — Ну да. И чтобы Масловский делал для себя выводы — уж если отмазали Рыбника с такими доказательствами, то и его можно отмазать. — Сережа, но если дело Рыбника подстроено… Просто боюсь думать… — Я знаю, о чем ты боишься думать. — Крушенков сжал в руке чашечку, в которой уже давно не было кофе. — О том, что раз ситуация с Рыбником была смоделирована кем-то, то ситуация с Масловским тоже была смоделирована? Я кивнула. — То есть жену Масловского специально похитили даже не для получения выкупа, а для того, чтобы подтолкнуть его к действиям, а потом посадить за убийства? — Сережа, я боюсь. Именно поэтому был такой ажиотаж раздут в прессе. Нужна была огласка. — Да. Маша, нужно срочно решать вопрос с освобождением Федора. Он у нас остался единственной ниточкой между похищением и тем, кто это все придумал. Кто его подсунул Осетрине? Ведь молчит, гад, значит, это убойная информация. — А Трубецкой? Там
Создай или Войди в свою учётную запись BookInBook:
* Вы сможете добавлять закладки к книгам.
* Вы сможете писать и публиковать свои книги.