Двумя месяцами позже На пассажира, прилетевшего на Мадейру утренним рейсом из Лиссабона, все косились, как на чудака. «Полюбуйтесь-ка: вот еще один чокнутый старовер!» — очевидно, думали о нем люди, когда он, пройдя таможенный контроль, неторопливой походкой пересек зал прилета и, покинув аэровокзал, направился мимо автомобильных стоянок в сторону океана. До берега здесь было практически подать рукой — аэропорт располагался на восточном побережье острова, всего в паре сотен метров от воды. Причина, по которой каждый встречный мог принять этого пассажира за старовера, была буквальным образом написана на его бледном обветренном лице. Она представляла собой аккуратный кожаный кругляш, закрепленный тесемкой поверх левой глазницы и скрывающий отсутствующий глаз. Почему сей странный субъект не вживил вместо него зрительный имплант, если сегодня такие простенькие биопротезы могли позволить себе даже эскимосы и амазонские дикари? Трудно представить, чтобы современный инвалид сознательно отказался бы от такого протезирования. А значит, одноглазый пассажир лиссабонского рейса либо страдал редкой фобией, боясь вживлять в себя искусственные органы, либо отвергал их по каким-то личным убеждениям. Иными словами, являлся типичным недалеким старовером — персонажем множества современных шуток и анекдотов. В то время как любой прилетевший авиапассажир торопился побыстрее покинуть суетливый, шумный аэропорт, наш старовер вел себя с точностью до наоборот. Он проследовал мимо стоянки такси, отмахнувшись от всех зазывающих клиента водителей, и начал спускаться по длинной бетонной лестнице, что выходила к переходу через протянувшееся вдоль побережья шоссе. Однако, достигнув второй лестничной площадки, одноглазый остановился, поставил свой дорожный кейс на бетон — иного багажа при нем не было, — после чего снял пиджак, повесил его на сгиб локтя и прислонился к перилам, устремив взор к океану. Человек явно кого-то ожидал, и судя по его мрачному виду встреча намечалась не слишком радостная. Кого именно он ожидает, выяснилось спустя примерно пять минут. За это время по лестнице проследовали лишь трое: говорящая по-шведски пожилая супружеская чета и двадцатилетний громила-мулат, всем своим видом либо старающийся походить на гангстера, либо и впрямь являющийся им — поди определи это навскидку! На шведов одноглазый почти не обратил внимания. Но, заметив мулата, сразу же прекратил наблюдать за океаном и повернулся лицом к спускающемуся по ступенькам и болтающему на ходу по видеофону мордовороту. Взгляд, которым лиссабонский пассажир на него таращился, был недружелюбен, если не сказать дерзок. Особенно учитывая то, что сам мулат хоть и выглядел агрессивно, в данный момент вел себя вполне миролюбиво. Что также подтверждал спокойный тон, каким он разговаривал по видеофону. Остроту ситуации придавал и тот факт, что старовер был вдвое старше «гангстера» и здорово проигрывал ему в комплекции. И тем не менее одноглазый явно сознательно нарывался на неприятности. Более доходчиво
Создай или Войди в свою учётную запись BookInBook:
* Вы сможете добавлять закладки к книгам.
* Вы сможете писать и публиковать свои книги.