И сошлись они: Светлый Воин в образе огромного янтарного тролля и защитник человечества Глеб Свекольников – небритый босой тип в изжеванном костюме, но с драгоценным мечом в руках… Хотя сошлись – это, конечно, громко сказано. Сойдись мы и впрямь с Лагером, как это делали былинные богатыри и чудовища, и от меня вмиг мокрого места не осталось бы. Поэтому приходилось приноравливаться к противнику, чтобы жалить его мечом и при этом не путаться у великана под ногами. Я постигал науку фехтования архаичным оружием интуитивно, припоминая, как когда-то, в лихую годину зарождающегося капитализма, орудовал бейсбольной битой, отстаивая коммерческие интересы Бурелома перед конкурентами по бизнесу. Надо заметить, кровавые уроки той поры не прошли даром, к тому же отбиваться мечом от невооруженного противника, даже такого крупного, было не в пример легче. Отбиваться, но не победить, ибо для победы мне требовалось нечто большее… Первая наша стычка с Лагером после того, как он зафутболил меня к Источнику, стала своеобразным откровением для нас обоих. Едва я сообразил, что держу в руках пусть не идеальное, но все-таки оружие, как тут же увидел тянувшуюся ко мне внушительную длань. Чудовищные пальцы готовились заграбастать меня и стиснуть, словно клизму. Вряд ли Светлый Воин не заметил, что я вооружен, – судя по всему, ему было на это откровенно начхать. Однако уже в следующую секунду я заставил Лагера пожалеть о его наплевательском отношении к противнику. Избрав целью оттопыренный большой палец гиганта, я замахнулся мечом и, подобно обезглавливающему жертву палачу, рубанул вражеский палец под самый корень… Говоря начистоту, мой первый успех в битве был весьма скромен, но мне он показался оглушительным триумфом. Меч, на который я не возлагал особых надежд, одним ударом превратил правую ладонь Лагера в четырехпалую. Рассчитывая поначалу лишь «куснуть» врага, я тем не менее изловчился и нанес ему весьма чувствительное повреждение, отчего даже сам на миг растерялся. Отрубленный палец Светлого Воина рухнул к моим ногам, будто половинка гигантской желатиновой колбасы. Опешив от нечаянной победы, я ненароком подумал, что сейчас этот обрубок точно растает. Но он сначала перестал светиться изнутри, как светилось все тело врага, а потом начал быстро уменьшаться в размерах и съеживаться, словно сухофрукт (в дальнейшем этот и прочие отрубленные мной студенистые куски искусственной плоти и вовсе исчезли бесследно). Из раны на руке врага хлынула не кровь, а все тот же золотистый туман, только более плотной концентрации. Разумеется, мое вероломство не могло остаться безнаказанным. Не успел я как следует порадоваться своему успеху, а гигант уже шел в яростную атаку. Но сначала он взревел так, что у меня волосы на всем теле встали дыбом; даже щетина на щеках, и та, кажется, зашевелилась. Я содрогнулся, что и позволило мне выйти из кратковременного ступора. И когда кулак Светлого Воина должен был размазать меня по площадке, я уже ретировался на безопасное расстояние, за
Создай или Войди в свою учётную запись BookInBook:
* Вы сможете добавлять закладки к книгам.
* Вы сможете писать и публиковать свои книги.