Наследство колдуна
Пролог. Окрестности Сарова, Нижегородская губерния, апрель 1927 года
узнает конца. Слишком жадно пытается он в последнее время вызнать у меня судьбу «саровского артефакта», как он это называет! Точно так же о святых мощах говорил и Бокий. Да, невольно вспомнишь слова Артемьева о том, что они были бы для Бокия всего лишь еще одним экспонатом в его кунсткамере. Артемьев отлично понимал, что у Бокия нет и не было уважения к древним святыням русского и любого другого народа, – они были для него только средствами упрочить свою власть и силу, овладеть мистическими возможностями. Так же и Вальтер вполне способен то, ради чего готовы были взойти на костер монахи Саровского монастыря, использовать во имя чуждых мне целей. Он патриот своей страны, однако я тоже патриот – России, какой бы она ни была. Саровская святыня принадлежит моей стране, и я не допущу, чтобы из нее пытались извлечь пользу оккультисты из «Аненэрбе». Кроме того, мы с Лизой все отчетливее понимаем: Вальтер может быть опасен для нас со своей авантюрой по свержению «Ивана Васильевича». Я не сомневаюсь, что любую попытку государственного переворота с помощью черной магии постигнет та же судьба, что и первую, которую мы предпринимали 31 августа 1918 года и которая так трагически переломила наши с Лизой жизни. Да, нас с Вальтером многое связывает, но он все же немец, пусть и не фашист, и все во мне противится тому, чтобы быть в союзе с Германией – хотя бы для спасения моей родины от коммунистов. Разумеется, я не стану в его заговоре участвовать и изо всех сил постараюсь отговорить от этого самого Вальтера. Как это ни печально, снова наши пути должны разойтись, как разошлись тогда, в марте 1918 года, возле Сухаревой башни… Я чувствую это! Слова Николая Александровича Трапезникова о том, что побеждают те, на чьей стороне самый сильный союзник – Время, истинны и сейчас. А время сейчас на стороне Сталина – этого гения и злодея, этого чудовищного созидателя нового строя, который, видимо, и впрямь нельзя построить в России иначе, как жестоко преодолевая сопротивление всего нашего несчастного народа. То же самое приходилось делать и Петру Первому, которого иные по-прежнему называют антихристом за то, что силком тащил Россию по европейскому пути, словно упирающегося по неразумию своему грешника. Я уверен, Сталин не угомонится: он тоже будет продолжать силком тащить страну в коммунистический рай! Предвижу, что в будущем народ, в осуждении и одобрении его действий, разделится на две непримиримые партии. Одни, восхваляя вождя, будут ставить во главу угла победы и достижения социалистического строя; другие же, проклиная Сталина, вспомнят прежде всего миллионы изломанных по его вине судеб и загубленных жизней. Обе стороны окажутся совершенно правы, в этом споре не будет победителей! Однако для меня сейчас куда важней другое. Не сегодня завтра Лизе рожать. Надо как можно скорей спрятать эту тетрадку. Ведь, если верен тот мой сон, увиденный некогда в Сокольниках, нам с Лизой остается жить считаные дни! Впрочем, как бы ни сложилось, сбудется сон или нет, мы навсегда останемся вместе: и в жизни, и в смерти, и в раю, и в аду, и где бы мы только не оказались. Ну а наши дети… Их будущее… не могу сейчас не вспомнить тех слов преподобного Серафима Саровского, которые произнесла при мне Анюта, когда мы с ней и с Матвеевым стояли около церкви Живоносного источника: «Сей на благой земле, сей и на песке, сей на камне, сей при пути, сей в тернии: все где-нибудь да прозябнет и возрастет, и плод принесет, хотя и не скоро». Остается уповать лишь на это.
Создай или Войди в свою учётную запись BookInBook:
* Вы сможете добавлять закладки к книгам.
* Вы сможете писать и публиковать свои книги.