Как хорошо оказаться там, где тебя помнят! Все кивают тебе, как старому знакомому, вежливо интересуются, как твои дела, и, самое главное, никто, никто не спрашивает, не вымер ли ты! Единственное, крестьяне-хрюны все же умудрились надоесть Димке вопросом: «А чего это вы такой белый?» В конце концов ему это осточертело, и он пошел просить у господина Шарля разрешения смыть маскировку к чертовой матери. Все равно ему уже не удастся прикинуться ни големом — толпа крестьян видела, что это неправда, — ни другим яггаем — здесь его прекрасно знают и помнят именно рыжим. Господин Шарль пыхнул сигарой и дал мудрое указание: краску смыть, а потом накраситься опять. Димка взвыл, но других поблажек не получил. После представления он попросил добрых хозяев истопить ему баньку. Кстати, цирковое представление понравилось всем. Дети были просто в восторге, радостно визжа и прячась, когда шевелились стальные челюсти голема, говорящего: «Добрый день!» Взрослые хрюны больше заинтересовались големом-конем. Похоже, потому, что его кормить не надо. Правда, смутные планы о стальном коне, приходящем на смену крестьянской лошадке, тут же рухнули, когда хрюны выяснили стоимость коника. Что не помешало им восхищаться. Фокусы Джона тоже радовали, но уже не так сильно, все-таки по сравнению с големами он проигрывал. Димку оккупировали пищащие дети, буквально облепили его и лазали, как по баобабу. Он веселися не хуже самих детей, ненадолго забывая, что он лохматый яггай, что детишки по большей части — молоденькие свинки, что он в другом мире… В общем, в восторге были все. Поэтому, когда Димка заикнулся о бане, ему тут же ее истопили. Будь баня русская, конечно, так быстро бы не получилось, но бани здесь были свои, хрюнские. Маленький домик, тесное помещение, печь с вмурованным котлом, огороженная деревянной решеткой, чтобы не обжечься. Вода согрелась, в помещении стало тепло, пожалуйте мыться. Скорее не баня, а мыльня. Но Димке было непринципиально. Хотя… Сейчас бы в баню русскую, да с веничком… Пофыркивая от удовольствия, Димка отмылся от краски. Далось ему это нелегко, потому что объем яггая и емкость хрюнской бани примерно совпадали. Мытый и пушистый яггай сидел на лавке во дворе дома крестьянина Луи, того самого хуманса, у которого отмечали чудесное спасение хрюнки Женевьев в прошлый раз. Все остальные набились в дом, накурили, вот Димка и вышел подышать свежим воздухом… — Добрый вечер, господин Хыгр. — Рядом присел на лавочку и закурил хрюн Жак, отец той самой хрюнки, которую спасал Димка. Папа-хрюн тут же достал трубку и закурил. Димка вздохнул, но ничего не сказал. Уходить сейчас было бы не совсем вежливо. — Тяжелые времена сейчас, господин Хыгр. — Да, — согласился Димка. А когда они были легкими? — Вы помните, когда были у нас в прошлый раз. Всем казалось: достаточно свергнуть власть сеньоров — и наступит блаженная жизнь. Вот нет сеньоров, отрубили голову королю, мальчишка Жак застрелил сеньора Жоффруа… А спокойствия как не было, так и нет. Раньше мы
Создай или Войди в свою учётную запись BookInBook:
* Вы сможете добавлять закладки к книгам.
* Вы сможете писать и публиковать свои книги.